Вопросы интегрирования исламского банкинга в деловой оборот других стран, в том числе России, обсуждаются не только на крупных общественных мероприятиях, но и в блогосфере. Журнал Банковское дело, ставший причиной дискуссии, приводит мнения участников откровенной и порой острой интернет-дискуссии по этому вопросу, поводом к которой стало обращение организаторов предстоящей Международной выставки «Moscow Halal Expo – 2015» к средствам массовой информации с предложением стать информационными спонсорами планируемого мероприятия.

В обсуждении приняли участие первый заместитель главного редактора журнала «Банковское дело» Марина Нестеренко, главный редактор информационного портала Bankir.ru Ян Арт, руководитель департамента экономики Совета муфтиев России Мадина Калимуллина, директор по консалтингу компании «EFIX GROUP» Джамшид Муслимов, другие участники.

Ян Арт: «Уважаемые коллеги! Мы воздержимся от информационной поддержки мероприятия, пропагандирующего исламские ценности в сфере финансов и организации бизнеса в Москве. Просим отнестись с пониманием».

Марина Нестеренко: «Уважаемый Ян! Очень жаль, что такого знакового электронного ресурса не будет в информационных спонсорах выставки. Не вижу ничего страшного в том, что исламский банкинг станет одним из направлений банковской деятельности».

Ян Арт: «Марина, а разве я осуждаю Ваш выбор? Написал же: мероприятие интересное и тема любопытная. Но лично я не готов быть в числе поддерживающих, поскольку все-таки слишком ангажирован, являюсь приверженцем христианской модели. Кроме того, опыт применения исламской модели банкинга в Уфе показывает, на мой взгляд, что пока, к сожалению, это скорее профанация, чем реальность».

Михаил Ермаков: «В большинстве крупных банковских групп (да и в ЦБ) есть различного ранга советники, держащие руку на пульсе этой пока слабой в практическом смысле темы, но думаю, что на официальное мероприятие они вряд ли придут».

Марина Нестеренко: «Как раз наоборот. Замести­тель председателя Банка России А. Торшин на круглом столе в Госдуме, посвященном исламскому банкингу, четко обозначил позицию Центрального банка: процесс начался, планируется создание рабочей группы по внесению изменений в профильный закон, и даже сроки определены. В рамках этой дискуссии хочу заметить, что экономика всех стран Персидского залива опирается на использование исламского банкинга и процветает. Лондон и Гонконг, будучи мировыми финансовыми центрами (отнюдь не мусульманскими), тем не менее узаконили работу исламских банков.

И только выиграли. Пока многие инструменты исламского банкинга на территории России прекрасно работают, за исключением ссудного процента. Правда, в настоящее время услуги исламского банкинга стоят дороже обычных банковских. Поэтому стоит задача сделать их более доступными, а также легитимными с точки зрения банковского законодательства».

Михаил Ермаков: «Марина, как рассказывают некоторые эксперты по исламскому банкингу, финансовое благополучие стран Залива держится совсем не на исламском банкинге. Да и исламские окна в глобальных банках пока скорее дань моде, чем решающий тренд, если говорить о конкретных цифрах».

Марина Нестеренко: «В чем-то согласна. Вместе с тем в государствах Персидского залива исламский банкинг является главным финансовым инструментом, что не мешает им сотрудничать с мировой финансовой системой. Речь ведь идет в том числе о расширении продуктовой линейки банков, а не только об ином источнике финансирования их деятельности.

Могу привести пример из туристической отрасли.

Падение спроса на услуги московских отелей в декабре прошлого года достигло 40–60 процентов. Отлично чувствовали себя три отеля (в частности, Аэростар), в том числе по той причине, что они закрыли это падение дополнительным спросом со стороны туристов, которые предпочли услуги в стандарте халяль. Эти отели прошли соответствующую сертификацию, и к ним поехали клиенты из Китая, Малайзии, Эмиратов, Турции, ближнего зарубежья, Турции. На выставке МITT и Интурмаркет на прошлой неделе 60 отелей подали заявку на сертификацию по этому стандарту.

Конечно, подводных камней и рисков в процессе интегрирования исламского банкинга много, но ведь для того и проводятся эти мероприятия, чтобы обсудить спорные моменты.

При этом важно отметить следующее. Исламские банки – финансовые институты, которые используют все банковские инструменты, за исключением некоторых ограничений, которые действительно установлены шариатом. Но никаких преимуществ мусульмане не имеют. Банк – не мечеть, а финансовый посредник. Отличия имеются в части норм, относящихся к ссудному проценту и некоторым другим».

Ян Арт: «Есть две мысли по этому вопросу. Первая: не станет ли логичным продолжением халяльных принципов в бизнесе желание их сторонников блокировать все нехаляльные мнения? Вторая: возможные споры и разногласия из-за исламского банкинга. За всю историю российского банкинга в полной мере по модели исламского банкинга работал банк Бадр-Форте, у которого в 2006 году отозвана лицензия. Решение о применении крайней меры воздействия — отзыве лицензии на осуществление банковских операций – было принято Банком России в т. ч. в связи с неоднократными нарушениями в течение одного года Федерального закона О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Джамшид Муслимов: «Правильно сделали, что закрыли! Но это не значит, что все исламское – террористическое».

Ян Арт: «Конечно не значит! Но, к сожалению, первый опыт заставляет дуть на воду».

Марина Нестеренко: «Кроме банка Бадр-Форте были отдельные операции по исламскому банкингу у БИНБАНКа. Очень активно работает в этой области два года Международный Банк Азербайджана. Начинает работу с этими финансовыми инструментами Азия-Банк. Пилотные проекты запускаются в Чечне и Татарстане. В общем, процесс пошел, хотя, конечно, и риски есть, и шишки будут. А как же иначе? Но рано или поздно, по крайней мере на территории ряда регионов России, этот механизм заработает».

Ян Арт: «Дело в том, что сейчас в России исламский банкинг – профанация. Российская система формирования резервов в банковском секторе не соответствует нормам исламского банкинга».

Марина Нестеренко: «Есть успешный опыт соседей, в том числе нормотворческий. Зачем сразу становиться на позицию полного отрицания? Когда-то и электронные платежи подвергались резкой критике. Но не прошло и 15 лет – и мы не понимаем, как обходились без них. В исламском банкинге есть свои особенности, но есть и много соответствий обычным нормам. Кроме того, в этом вопросе важно учитывать и аспект международного сотрудничества».

Ян Арт: «Дело в том, что халяльные деньги по канонам исламского банкинга не могут смешиваться в одном потоке с деньгами, задействованными в классических операциях с использованием ссудного процента. А полная автономизация халяльного денежного потока в российском банке невозможна. В связи с этим возникает вопрос: как осуществлять отчисления в фонд обязательных резервов в ЦБ? Следующий тонкий момент: сказав а, придется говорить б и в. В данном случае б – отказ банков от формирования отчетности по МСФО и существующих стандартов российской отчетности. А пункт в – еще круче: придется в перспективе создавать халяльную налоговую систему».

Марина Нестеренко: «Ян, Вы абсолютно правы – все эти вопросы возникают. АРБ в августе прошлого года в письме в Банк России указала на все несоответствия и возможные проблемы. И согласна: при использовании исламского банкинга в России возможно возникновение множества рисков. И злоупотребления тоже могут быть. Это и мировая практика показывает. Например, в Дубае в Исламском банке ревизия выявила много злоупотреблений. Однако не будем забывать, что Россия является частью современной глобальной экономики, в которой бурно развивается исламский банкинг. Поэтому нам надо использовать все открывающиеся возможности, не забывая о рисках».

Ян Арт: «Есть опыт использования исламского банкинга в офисе Эллипс банка в Уфе. Мы у коллег выясняли вопрос, как решается проблема разделения потоков. Они сказали, что вынуждены идти на компромисс, поскольку денежные потоки одного офиса нереально сделать автономными от потоков всего банка».

Марина Нестеренко: «В Казани в торгово-финансовом доме Амаль для решения этой проблемы выделяют специальный субсчет. Очень интересен и опыт азербайджанских банков».

Антон Хусаинов: «Может быть, по-дилетантски, но, насколько я понимаю, в исламском банкинге должно отсутствовать понятие ссудный процент. Тогда откуда же у них прибыль?»

Джамшид Муслимов: «Антон, исламские банки практикуют долевое участие в прибыли».

Ян Арт: «Здесь не так все просто. Я слышал, как в кулуарах саммита исламских финансов в Казани банкиры отвечали бизнесменам: Дорогой, лозунг об отсутствии ссудного процента годится для трибуны, а реально я могу тебе дать финансирование только под процент».

Антон Хусаинов: «Что имеется в виду под долевым участием в прибыли заемщика? А если заем имеет бытовой характер?»

Ян Арт: «Личный заем можно давать только без процентов, а если заем для бизнеса, то в этом случае получают часть дохода от бизнеса».

Джамшид Муслимов: «В исламском банкинге присутствует не заем, а инвестиции. Заем должен быть беспроцентным, так как он рассматривается как инструмент помощи, а не как источник дохода. Исламский банкинг – это инвестиции в проекты или производство».

Ян Арт: «Хотел бы отметить еще один важный момент – исламский банк не может принимать депозиты от населения под проценты».

Антон Хусаинов: «В общем, если я правильно понял, исламский банкинг ориентирован на корпоративного клиента? Физическим лицам предлагается держать наличные средства в подвалах и пещерах (Али-Бабы, например)?»

Джамшид Муслимов: «Антон, частные клиенты открывают инвестиционные счета. По их согласию средства инвестируются в конкретные проекты. Банк выступает в качестве посредника».

Мадина Калимуллина, руководитель департамента экономики Совета муфтиев России, исполнительный секретарь РАЭИФ: «Хотела бы в форме тезисов высказаться по этому вопросу.

1. Исламский банкинг действительно по сути не классический банковский бизнес, а инвестиционная и торговая деятельность, проектное финансирование. Таким образом, вопрос о завуалированности в нем процентов отпадает сам собой.

2. Примерно 45 лет назад возникла альтернатива исторически сложившейся во многих странах экономике и банковской системе, функционирующим по практически единым законам. Тогда была предпринята попытка объединить инвестиционную компанию и банк. Получилась модель, которая развивается и совершенствуется.

3. Полагаю, вряд ли кто-то будет спорить с тем, что встроить в экономическую систему, сформированную на проценте как плате за предоставление денег в долг, совершенно иную систему довольно сложно, даже практически невозможно. Возникают вопросы контроля, этические, управления ликвидностью, страхования, резервирования и т. д. Отличаются и мышление банковских сотрудников, логика операций. Поэтому есть мнение исламских банкиров, что проще научить людей, не относящихся к небанковской сфере, заниматься Islamic finance operations, чем переучивать банкиров. Все это можно назвать эффектом финансовой колеи.

4. Исламские банки до сих пор на международных конференциях обсуждают вопросы совершенствования стандартов бизнеса.

5. В России есть успешно действующие исламские финансовые (небанковские) организации, работающие как с населением, так и с бизнесом. Но именно в банковской сфере полноценный islamic finance operations пока невозможен. Поэтому примеры банков Бадр-Форте банка или Эллипс не могут служить основанием для оценки.

6. Суть этого банкинга – не в определении исламский, а в том, что процент (ростовщичество как таковое) запрещен. И этот подход соответствует мировым религиям и взглядам многих философов, ученых, экономистов. Да, эпитет исламский прижился, но это никак не говорит о том, что такая деятельность ориентирована только на мусульман. Сегодня многие подобные банки не именуются исламскими, а называются банками участия или альтернативными финансами.

7. Есть основания для критики исламского банкинга – значит, имеются направления для развития. Критика всегда полезна».

Ян Арт: «Мадина, абсолютно согласен с Вашими тезисами. Тем более что и Вы подтвердили: проблемы стыковки форм отчетности исламского и классического банкинга есть. Что касается примеров банков Эллипс и Бадр-Форте, то они не могут служить основанием для оценки. Опыт использования исламского банкинга в этих банках скорее дает примеры тех проблем, которые при развитии этого явления возникают. Важно искать их решение».

Мурад Алискеров: «Целевая аудитория исламского банкинга – мусульмане. Но это не значит, что клиентами должны быть только они. Если вы открываете магазин женского белья, то ваша целевая аудитория – женщины, но это не значит, что муж не может зайти к вам и купить платье для жены».

Ян Арт: «Еще один важный момент. Мы отлично знаем, что в Турции (преимущественно мусульманской стране) отлично работает не исламский, а классический банкинг. Значит, вопрос с применением исламского банкинга заключается не в потребностях мусульманского населения, а в том, нужен ли этот инструмент рынку, насколько он интересен. Есть еще много моментов, которые следует иметь в виду. Простой пример: принцип функционирования исламского банкинга (долевое участие в прибыли) в российских реалиях способствует возникновению риска применения механизма рейдерского захвата бизнеса».

Мурад Алискеров: «Ян, давайте постараемся аргументировать свои высказывания. Если Вы говорите о рейдерских захватах, то приведите факты, на основании которых Вы сделали такой вывод».

Ян Арт: «Я это говорю на основании того, что в России абсолютно не отрегулирована защита прав акционеров, участников бизнеса. Это долгий разговор».

Джамшид Муслимов: «Если говорить о возможном риске рейдерского захвата бизнеса, то тогда нужно все запрещать. Это не аргумент. Рейдер найдет способ для захвата и без исламского банкинга».

Ян Арт: «В любом случае рад, что опубликовал этот пост. Для такой деликатной темы разговор получился и содержательным, и корректным. Хотя ожидал скорее негатива. Позитивные содержание и форма дискуссии являются для меня аргументом, чтобы как минимум иметь желание слушать доводы сторонников исламского банкинга».

Марина Нестеренко: «Я рада, что письмо Яну от нас завязало эту дискуссию. А мы (журнал Банковское дело) выступаем партнером IV Международного форума «Исламский финансовый рынок и реальный сектор экономики», который пройдет 21 мая в Крокусе в рамках выставки HALAL EXPO, и приглашаем к сотрудничеству других участников дискуссии».

Подробнее об участии в форуме: http://www.halalexpo.org/ru/doc/program/businessforum/

Контактные данные оргкомитета:

+7(495)681-18-10

forum@halalexpo.org

Последние новости

Популярные новости

Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь на использование файлов cookies. Мы используем наши и сторонние cookie-файлы, чтобы улучшать качество наших услуг, получать статистические данные, отображать рекламу на основании посещенных страниц, а также обеспечивать взаимодействие с социальными сетями. Здесь вы можете получить более подробную информацию касательно нашей политики использования cookie-файлов и изменения настроек вашего браузера.